Новости Блог Статьи Полезности Контакты Главная
Поиск

Первый семейный web-журнал настоящих харьковчан

 

Журналы » Статьи » Мир города

 

Непобедимый и легендарный. Т-34.

В 1945 году на вопрос журналистов, какое оружие Второй мировой войны было лучшим, У.Черчиль ответил: "Три. Английская линейная пушка. Немецкий самолет «Мессершмитт». Русский танк Т-34. Но если о первых двух мне известно все, то я никак не могу понять, кто и как создал чудо-танк».

Не только Черчилль такой непонятливый. «Тридцатьчетверку» разбирали по винтикам и изучали под микроскопом специально обученные люди — лучшие конструкторы Германии, Англии, США… И благоговейно застывали в тупике: посмотреть можно — понять и повторить нельзя, впрямь — ну, как простому смертному скопировать загадочный механизм, рожденный иной цивилизацией - никак. Хоть расшибись — все равно какой-нибудь «Шерман» получается или, прости господи, «Тигр». Потому, что есть танк. А есть — Т-34. Это нечто большее, чем боевая машина — пусть даже лучшая боевая машина всех времен и народов.

 

 

 

Наибольшее количество баллов у экспертов Т-34 набрал по категории «фактор страха», что красноречиво говорит о том ужасе, который вызывали у фашистов летящие на них «тридцатьчетверки». Вот мнение знаменитого немецкого танкиста - командира 2-й роты 502-го батальона тяжелых танков, кавалера Рыцарского креста с дубовыми листьями (а рыцарские кресты немецким танкистам за пустяки не давали, это же не летчики), оберлейтенанта Отто Кариуса. Он начал войну в июне 1941 рядовым солдатом, заряжающим на танке Pz.Kpfw 38(t). «Еще одно событие ударило по нам, как тонна кирпичей: впервые появились русские танки Т-34! Изумление было полным. Как могло получиться, что там, наверху, не знали о существовании этого превосходного танка? Т-34, с его хорошей броней, идеальной формой и великолепным 76.2-мм длинноствольным орудием всех приводил в трепет, и его побаивались все немецкие танкисты вплоть до конца войны».
Легендарный танк был спроектирован в Харькове. В 1937 году КБ при Харьковском танковом, простите — тракторном заводе (бывший ХПЗ, КБ им. Морозова, ныне завод им. Малышева), под руководством М.И.Кошкина, началась разработка танка с противоснарядным бронированием и вооружением из 76,2-мм пушки. Бюрократические военные не приняли новый танк.

 

 

 

Только личное мнение Сталина позволило заводу сделать два экземпляра уже полнобронной машины, названной Т-34, поскольку впервые идея этого танка появилась у Кошкина именно в 1934 году, когда Орджоникидзе приступил к воплощению танковой программы. Испытания Т-34 назначили на март 1940 года, а новые машины не прошли ещё испытаний ходовой части на проходимость по инструкции. Решили добираться от Харькова до Москвы своим ходом по бездорожью и этим набрать километры пробега. Простуженному в холодных цехах конструктору пришлось лично участвовать в перегоне машин, и в результате он прибыл в Москву с воспалением лёгких.  17 марта 1940 года танки были восторженно оценены Правительственной комиссией на полигоне под Москвой.

 

 

 

Впервые удалось в одной машине объединить мощность орудийного огня, прочность брони, скорость и маневренность. Отличительными чертами модели стали скошенная под тщательно выверенными углами броня, от которой рикошетили снаряды противника, и мощная 76,2-миллиметровая пушка, а гусеницы в 550 мм шириной обеспечивали танку повышенную проходимость. Чтобы «добрать» положенные для испытания три тысячи километров пробега, Кошкин решил возвращаться в Харьков своим ходом. На обратном пути при переходе танков по льду реки Северский Донец машина, ведомая Кошкиным, провалилась под лед. Никто не погиб, и танк удалось вытащить, но купание в ледяной воде для уже больного Кошкина стало роковым. Он прибыл на завод в полубессознательном состоянии. Его тут же доставили в больницу, но спасти так и не смогли. Однако, именно благодаря Кошкину, Т-34 пустили в серию, и завод успели сделать до начала войны 1225 танков. В августе 1941 года, когда до Москвы оставалось всего три сотни километров, Адольф Гитлер приказал 2-й танковой группе генерал-полковника Хайнца Гудериана повернуть на юг - на Харьков, чтобы захватить завод, разработавший и производящий Т-34.

 

 

 

Принцип увеличения эффективности защиты танка вследствие расположения листов брони был понятен любому, изучавшему в школе геометрию. В 1941 году у немцев не было противотанковых орудий, способных пробивать броню Т-34. 37-мм снаряды противотанкового орудия PaK 35/36 могли пробить лишь вертикальные участки бортовой брони... со 100—200 метров... если повезёт. Менее распространённые 50-мм PaK 38 пробивали его несколько более успешно, но только в борт (пока не появились специальные снаряды, которые  доворачивались на наклонной броне). Пробить Т-34 «в лоб», к изрядному огорчению немцев, только что перевооруживших армию этим новейшим противотанковым орудием, PaK 38 могла лишь с большим трудом. Дошло до того, что свои противотанковые орудия сами же немцы стали называть "дверными молотками", поскольку они только "стучали" по советской броне, но пробить ее не могли. В одном из донесений, например, сообщалось, что расчет PaK 38 добился 23 попаданий в один русский танк, и только лишь когда немецкий снаряд попал в основании башни, танк вышел из строя. Причём, если немцы не могли/не успевали захватить поврежденный танк, то чаще всего к следующему утру все пробитые накануне дырки в танке оказывались залатанными, и он вновь мог радовать своим присутствием немецкую пехоту. Чтобы надёжно пробить наклонную крепкую лобовую броню, требовались противотанковые 75-мм PaK 40, которые у немцев появились лишь весной 42-го, и только к весне 43-го их в войсках стало хватать. Если танк успевал расстрелять все свои снаряды, то даже тогда он ехал к легким немецким танкам и давил их в неравном рукопашном бою. Вот что значит сила брони.

 

 

 

 Выбор дизельного двигателя для тридцатьчетверки объяснялся слабостью химической промышленности СССР — перегнать нефть на бензин в достаточных тому количествах было просто невозможно. Впоследствии его и вовсе приходилось завозить из Америки танкерами под немецкими бомбами и торпедами. В СССР бензин требовался всем, от авиации до автотранспорта, а солярка — только танкам. Дизельный мотор имел весьма впечатляющие характеристики, но был доведен до нормального работающего состояния только к середине войны, а в 41-м году он мог и 10 часов не наработать, прежде всего, из-за конструкции воздухоочистителей. Когда очистители показали американцам, те долго не могли понять, почему их конструктора сразу не расстреляли. Хотя и зимой, в морозы, дизель, доставлял танкистам хлопот своей партизанской стойкостью к попыткам его завести. Для решения проблемы танки оснащались печкой, работающей от солярки. А если в холод и солярка не загоралась, то печку раскочегаривали по старинке — хворостом и соломой. Cей агрегат ставился под днище - заодно и экипаж грелся. В результате и сам танк, и лица его экипажа от живописных разводов копоти выглядели весьма демонически. Хотя, чтобы завести немецкие танки зимой 41-го, вокруг них тоже чуть ли не с бубнами плясали. А еще, дизель гораздо экономичнее, менее требователен к качеству топлива и обладает гораздо большим крутящим моментом на низах, повышающим шансы укатить по бездорожью, благодаря чему ставится на всю современную сельскохозяйственную и военную технику в мире. Забавный факт, но выбор бензинового двигателя на немецких танках в свою очередь был обусловлен слабостью сырьевой базы Германии. Своей нефти почти не было, румынской тоже было не ахти — откуда гнать солярку? Пришлось пробовать делать бензин из угля — вышло дорого и плохо. Впрочем, на первое до поры всем было наплевать, а второе проявлялось в основном зимой, когда, согласно немецким хитрым планам, воевать не нужно.

 

 

 

76,2-мм пушка Ф-34, установленная на тридцатьчетверке, на момент создания была не только самой мощной танковой пушкой в мире, но еще и стоила вдвое дешевле ближайшего конкурента. В 41-м орудие легко пробивало любой немецкий танк. Танки Pz. модификаций I, II, III и IV гарантированно бились в хвост и в гриву. Но позже появились «Тигры» и «Пантеры».

 

 

 

.. После встречи с новыми творениями сумрачного тевтонского гения в наших КБ схватились за голову — «Тигр» пробивался только в борт и с 500 метров, а сам, в свою очередь  пробивал наши танки даже с полутора километров. Надо было что-то делать… И тогда появились Т-34/85 — в новую башню поставили 85-мм пушку (поначалу Д-5Т, затем ЗИС-С53). Жить стало лучше, жить стало веселее — простой «Тигр» убивался в лобешник с 1000 м, «Королевский Тигр» — в борт примерно с таких же дистанций. Откроем немецкую Памятку по боевым действиям рот тяжелых танков «Тигр». Основной задачей в бою для «Тигров» считалось... уничтожение советских танков Т-34! Мало того, экипажам «Тигров» также предписывалось каждую выведенную из строя тридцатьчетверку по возможности взрывать с помощью зарядов взрывчатки, перевозимых внутри «Тигра». Конструкция Т-34 позволяла ремонтировать его в полевых условиях, в худших случаях используя самодельный деревянный кран. Кран цеплялся за бойницы для стрельбы из личного оружия в бортах башни, обычно закупоренные стальными пробками на цепях. Благодаря этому, большинство поломок можно было исправить в ближайшем овраге, тогда как несчастным рейхсинжинерам приходилось везти тушку своего танка в ближайший полевой ремпункт.

 

 

 

Т-34 был во многом революционной конструкцией. Но, как и любой переходный образец, он сочетал в себе новинки и вынужденные решения. На первых танках стояла устаревшая коробка передач, которая радовала невразумительной сложностью и постоянными отказами работать. Позже ее заменили на новую, но и та требовала невероятных усилий для переключений, так что механики-водители большую часть времени вели танк на одной второй передаче. Мало кто знает, но тяжеленный танк «Тигр» управлялся штурвалом, а легкая 34-ка — огромными тракторными рычагами, которые ещё попробуй подёргать в тесном танке. Механики-водители теряли до 10 кг веса на 50 км марша.  После трёх-четырёх выстрелов концентрация пороховых газов внутри танка в буквальном смысле валила наповал. Потом-то, конечно, исправили, но  все равно заряжающие старались после выстрела выбрасывать гильзы из башни. Сия процедура требовала от заряжающего большой жонглерской выучки — после выстрела поймать руками вылетающую гильзу и очень быстро выбросить ее вверх в открытый люк над собой, пока она руки не обожгла. Обожжённые ладони — профессиональная травма заряжающего. Руки обжигало даже через перчатки и варежки. Но, несмотря на все меры, танкисты все равно угорали и теряли сознание. Или ездили с открытыми люками. В танке было очень тесно. Холодно и жарко одновременно. После пары минут работы двигателя в танке было как в сауне. Зато был люк, кожаные сиденья, радиоточка, отделка белой краской. А в остальном — голая сталь с болтами и прямыми углами вокруг. Немцы обивали изнутри свои «Тигры» мягким покрытием, а англичане и американцы удивлялись, как можно воевать в машине, если в ней нельзя приготовить кофе с бутербродами.

 

 

 

 Рации были на электровакуумных приборах, микрофонили на кочках и вообще всячески выходили из строя. Устойчивая связь была на километр (плюс-минус десять метров) при перекуре, пока машина стояла, и на пятьдесят метров (плюс-минус пять шагов) во время движения. Лампы рассыпались от удара в броню ломом или кувалдой, что уж говорить о снарядах. В итоге связиста часто отправляли наружу — с донесениями, если рация не работает. Грохот в танке стоял невероятный, а танковое переговорное устройство работало отвратительно. Поэтому внутританковые переговоры велись своеобразно — команды отдавались руками и ногами командира. Командир ставил ноги на плечи водителя и указывал, в какую сторону и с какой интенсивностью поворачивать, что в некоторых случаях было эффективнее, ибо интенсивностью пинка довольно точно сообщался угол поворота, пинок ногой по голове означал команду остановиться / двигаться дальше, а освободившимся голосом одновременно можно было … Ну, сами понимаете, что... С заряжающим общались также жестами: кулак — бронебойный снаряд, растопыренная пятерня — осколочный. Японские танкисты тех же лет подтверждают действенность этого способа: «Переговорное устройство? Да, оно у нас было, но проще было пнуть водителя!». А вообще Т-34 — это во многом дитя Великой Отечественной войны. Советские военные конструкторы  в 40-ом году были далеко не тупые, все описанные выше недостатки были выявлены еще на госприемке. Танк приняли на вооружение, но сразу запустили в разработку проект глубокой модернизации, известный как Т-34М, фактически полностью новая машина. В нем были исправлены многие недостатки, но закончить его к началу войны не успели. А, когда началась война, оказалось, что лучше собирать уже освоенный серийно Т-34, постепенно дорабатывая напильником, чем в разгар немецкого наступления остаться без танков вообще из-за неизбежных сложностей освоения новинки. Так что задержись немцы с нападением — танком победы мог бы стать совсем другой танк. По той же причине не состоялась и вторая попытка заменить Т-34 в 1943 году на более бронированный и доработанный Т-43: переналадка конвейера — это дни простоя, а значит сотни непроизведенных танков, которые нужны фронту. Поэтому ограничились тем, что серийному Т-34 приделали башню Т-43, получив Т-34/85. 

 

 

 

Технология производства танка была максимально проста: сборкой машины могли заниматься даже неквалифицированные рабочие. Во время Великой Отечественной был поставлен промышленный рекорд – одну модель заводчане собрали всего за полчаса. И пока на наших заводах делали 10 "тридцатьчетверок", на германских собирали только одну "Пантеру".  Однако, вплоть до середины 1942 года количество Т-34 было аховым — многие танки в первые месяцы войны были брошены вследствие отсутствия ГСМ и/или боеприпасов. Но вскоре, благодаря простоте конструкции и НКВД,  Уралмаш, и Сталинградский тракторный стали поставлять танки. Ситуация с производством танков окончательно исправилась к Сталинградской битве, а потом — Т-34 были фактически везде, в неимоверных количествах, даже в таких местах, куда, казалось бы, танк физически проехать не может.  Генерал-полковник Йоханнес Фриснер, командующий группой армий "Южная Украина": «Танк Т-34 был безотказен всюду, на любой местности. Его проходимость была в действительности ошеломляющей.  Танк проходил через топи и болота, непроходимые для людей, и врывался на наши позиции... Русские танки могли действовать там, где по нашим нормам это считалось невозможным».

 

 

 

Этому танку посвящают стихи и картины, ему ставят памятники. О его исключительности ярко свидетельствует еще и тот факт, что никогда еще ни одному танку не доводилось уничтожить летящий самолет. А вот Т-34 это делал. 
Этот овеянный славой танк еще целых полвека после окончания Второй мировой состоял на вооружении у сорока шести стран мира. Такого случая история танков практически не знает.

 

 

 

По итогам ХХ столетия специалистами различных стран советский средний танк Т-34 признан шедевром мирового танкостроения.

 

 

 

 

А. Константинов

 

При подготовке были использованы ресурсы www.liewar.ru , www.ynik.info, www.artofwar.ruwww.museum-t-34.ru, www.liveussr.info , www.mankurty.com  

 

Версия для печати